Петербургский исторический журнал № 2 (38) 2023

ПИЖ № 2 (38) 2023 - Содержание

 

ПИЖ №2 (38) 2023 — М. М. Сафонов. М. М. СПЕРАНСКИЙ И СМОЛЕНСКАЯ КОНСПИРАЦИЯ

В статье впервые в исторической литературе проанализирован оставшийся неизвестным биографам реформатора важнейший эпизод его биографии. Автор пришел к выводу о том, что в 1798 г., будучи сотрудником канцелярии генерал-прокурора, Сперанский принимал участие в попытках воспрепятствовать раскрытию деятельности антиправительственной конспирации в Смоленской губернии, ориентировавшейся на наследника престола великого князя Александра. Секретные документы смоленского следствия являются ключом к биографии Сперанского. Они позволяют объяснить быстрый карьерный рост скромного служащего генерал-прокурорской канцелярии, вызывавший изумление современников и позднейших исследователей, подозревавших какие-то тайные пружины небывалого карьерного взлета бывшего семинариста.

ПИЖ №2 (38) 2023 — Л. В. Мельникова. «ЖЕРТВА ОБЩЕСТВЕННОМУ МНЕНИЮ?»: ОТНОШЕНИЕ К ПАДЕНИЮ М. М. СПЕРАНСКОГО В РУССКИХ АРМЕЙСКИХ И ЧИНОВНЫХ КРУГАХ

В отечественной историографии отставку М. М. Сперанского в марте 1812 г. чаще всего объясняют уступкой Александра I недовольному правительственным курсом консервативному дворянству. По свидетельству К. В. Нессельроде, «жертвой общественному мнению» назвал падение государственного секретаря сам император. Между тем проведенный анализ дневников и воспоминаний различных представителей армейских и чиновных кругов показывает, что мотивы Александра I были далеко не столь однозначны, а число недоброжелателей Сперанского не столь велико.

ПИЖ №2 (38) 2023 — Н. П. Матханова. СИБИРСКИЕ ГЕНЕРАЛ-ГУБЕРНАТОРЫ М. М. СПЕРАНСКИЙИ Н. Н. МУРАВЬЕВ-АМУРСКИЙ

Выявлено общее и особенное в деятельности М. М. Сперанского и Н. Н. Муравьева-Амурского как сибирских генерал-губернаторов. К общему отнесено: обстоятельства назначения, высокий интеллектуальный уровень, важные задачи, следование политике патернализма, устремления либерального характера. Оба сумели достичь серьезных результатов, в том числе по изменению административно-территориального деления и структуры управления региона, многих сфер жизни населения.Отличия во многом обусловлены действием объективных факторов — таких как новая эпоха, объем и сущность полномочий, срок пребывания в должности. Сказались также разница в принципиальных подходах к управлению — Сперанский, понимая важность хороших исполнителей, первостепенным считал законы и учреждения и подчеркивал значение коллегиальности, Муравьев отдавал предпочтение личному началу и критиковал созданные Сперанским советы. Различались и иные приоритеты — для Сперанского сибирский период был одним из нескольких, для Муравьева — главным в биографии, Муравьев был более инициативен в области внешней политики, активнее добивался расширения полномочий генерал-губернатора и нередко конфликтовал с центральными ведомствами. Серьезное влияние оказывали личностные характеристики: приверженность закону Сперанского и склонность пренебрегать «формальностями» Муравьева, выдержка и систематичность в работе первого, скорость в принятии решений и вспыльчивость второго.Оба выдающихся администратора прочно вошли в историческую память, при этом Сперанского больше помнят как автора «Сибирского учреждения», Муравьева — как «присоединителя» Приамурья. Сохранение и трансляция их образов осуществляется различными способами — это научные конференции и исследования, беллетристика и воспоминания, молодежные рефераты и сочинения, календари памятных дат и портреты, мемориальные доски и памятники.

ПИЖ №2 (38) 2023 — О. А. Любезников. ОБРАЗ М. М. СПЕРАНСКОГО В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПЛАСТИКЕ XIX ВЕКА: ИЗ ИСТОРИИ СИМВОЛИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

В статье рассматривается история создания скульптурных изображений М. М. Сперанского (1772-1839) в Российской империи в XIX в. Предпринята попытка проанализировать, какой публичный образ этого государственного деятеля складывался благодаря искусству ваяния. Первые — отличавшиеся натурализмом — скульптурные изображения М. М. Сперанского, изготовленные посредством посмертной маски, представляли собой бюсты, исполнявшиеся по заказу частных лиц. Публичные монументы, увековечившие облик сановника, появились в царствование Александра II. Фигура М. М. Сперанского представлена на рельефах петербургского памятника Николаю I и новгородского памятника «Тысячелетию России». В основу изображения в обоих случаях был положен предложенный бароном М. А. Корфом образ государственного деятеля — верноподданного спутника императора Николая Павловича. М. М. Сперанский как политический реформатор, разработчик кардинальных конституционных преобразований начала XIX в. не мог быть увековечен в скульптуре в контексте символической политики Александра II, принципиального приверженца незыблемости самодержавной власти.