Историография

ПИЖ №4 (48) 2025 — А. П. Бехтер. ИРИНА ЛЕВИНСКАЯ: НОВЫЙ ВЗГЛЯД НА ИСТОРИЮ РАННЕРИМСКОГО БОСПОРА

Статья посвящена памяти Ирины Алексеевны Левинской. Основная задача очерка состоит в том, чтобы показать уникальность Левинской как исследователя, объединившего в своем научном творчестве такие на первый взгляд не сочетающиеся темы, как изучение памятников античной лапидарной эпиграфики Боспора и библеистику. Работы Левинской существенно изменили наши представления об этнической, политической, религиозной и культурной жизни раннеримского Боспора, показав следы присутствия евреев начиная с I в. н. э.

ПИЖ №4 (48) 2025 — В. В. Ведерников. РУКОПОЖАТИЕ ВАЛКА. ВОСПОМИНАНИЯ ПОСЛЕДНЕГО УЧЕНИКА

Автор публикации принадлежит к числу последних участников спецкурса крупного отечественного ученого, источниковеда и историка С. Н. Валка. Автор, близко общавшийся со своим научным руководителем в 1972–1974 гг., отмечает особенности работы ученого со студенческой аудиторией, его подход к выбору исследовательской тематики, указывает на сложности, возникавшие в процессе общения студентов и преподавателя и способах их преодоления. В советском вузе Валк был живым носителем традиций петербургской исторической школы и стремился передать эти традиции своим ученикам. Автор приводит факты, свидетельствующие об интересе историка к общественному движению в стране. Внимание уделено полемике между Валком и А. Л. Никитиным, которая привлекала интерес как ученых, так и студентов. Ряд эпизодов характеризуют бытовые привычки ученого. Статья публикуется к 50-летию со дня смерти С. Н. Валка.

ПИЖ №2 (46) 2025 — С. В. Любичанковский. РОЛЬ В. В. РАДЛОВА В НАУЧНОМ ИЗУЧЕНИИ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

Василий Васильевич Радлов (1837–1918) — выдающийся российский этнограф, лингвист и востоковед, чья деятельность оказала огромное влияние на изучение народов российской Центральной Азии. Работая в Оренбурге, Радлов собрал уникальные материалы по языкам, фольклору и культуре тюркских народов, которые легли в основу современной тюркологии. В статье рассматривается его вклад в науку, методы исследований и значение его трудов для понимания культурного наследия Центральной Азии.

|

ПИЖ №1 (45) 2025 — И. М. Басов. ИСТОРИОГРАФИЯ ИСТОРИИ ПЕЧАТИ ПОЛЬСКОГО КОРОЛЕВСТВА XV-XVI ВВ.

В статье дается историографический обзор исследований ранней печати на территории Польского королевства. За период XVIII-XXI вв. в изучении предмета неоднократно менялись подходы, методы, точки зрения. Задача статьи — выделить тенденции развития историографии истории печати, а также выявить актуальные проблемы исследования печати Польского королевства. Историография истории печати прошла путь от дескриптивного направления науки, ориентированного на локальные сюжеты и библиографическое суммирование знаний, до аналитического направления, в рамках которого, кроме истории, находят место различные социальные и гуманитарные дисциплины (социология, культурология, филология, лингвистика, экономика). До некоторой степени это характерно для всех областей исторической науки, однако в области истории печати важен фактор восприятия роли печатного станка в развитии культуры. Появление со второй половины XX в. работ по ранней истории печати Польского королевства продиктовано как достаточно высоким уровнем аккумуляции знания по предмету, так и развитием соответствующих социальных теорий коммуникации. Отход от марксистского метанарратива привел исследования восточноевропейских историков в соответствии с работами западных коллег, ввиду чего в настоящий момент мы видим значительное проникновение в историографию социальных теорий медиа.

ПИЖ №4 (44) 2024 — А. А. Комаров. ИСТОРИЧЕСКАЯ СКАНДИНАВИСТИКА В СОВЕТСКИЙ И ПОСТСОВЕТСКИЙ ПЕРИОД: ВОСПОМИНАНИЯ И НАБЛЮДЕНИЯ

В статье автор, опираясь на собственный опыт многолетнего научного сотрудника ИВИ РАН, пишет о скандинавских исторических исследованиях в СССР/России. Приведя примеры успешного развития советской исторической скандинавистики после Второй мировой войны, автор останавливается на ряде основных черт ее постсоветской трансформации. В заключение автор подчеркивает, что знания об истории стран Северной Европы, являющихся соседями Российской Федерации, остаются востребованными в любой геополитической обстановке.

ПИЖ №4 (44) 2024 — Е. Б. Баринова. РОЛЬ РОССИЙСКОГО И СОВЕТСКОГО ВОСТОКОВЕДЕНИЯ В СТАНОВЛЕНИИ СРЕДНЕАЗИАТСКОЙ АРХЕОЛОГИИ

Цель данной работы заключается в том, чтобы проследить сложный и длительный процесс археологического изучения древней Средней Азии российскими и советскими исследователями до начала 1930-х гг., выявить характерные черты процесса становления среднеазиатской археологии. Материалом для исследования послужили результаты археологических изысканий, проводившихся различными экспедициями в Средней Азии. При выборе методов исследования в центр внимания ставилось определение археологии Средней Азии как совокупности исследований, относящихся к материальным объектам, которые вместе с другими данными могут осветить историю и образ жизни древних обществ. Кроме описательного элемента, основным методическим приемом в исследовании археологического изучения древней Средней Азии российской и советской наукой стал анализ отдельных разработок по проблемам социально-экономической и культурной истории региона. Период до начала 1930-х гг. можно рассматривать как время зарождения археологии Средней Азии, главными событиями которого стали учреждение государственных комитетов по изучению древних культур (в том числе и истории древней Средней Азии) и образование самостоятельных союзных республик Средней Азии, что стимулировало развитие национальной экономики и культуры, и организацию республиканских отделов Средазкомстариса, которые сыграли свою положительную роль в регистрации и охране памятников старины и явились первым опытом научно-исследовательской организации в среднеазиатских республиках. Результаты исследований российских и советских ученых древней истории Средней Азии в 1920-х гг. вполне закономерно можно рассматривать как зарождение нового научно-исследовательского направления — археологии Средней Азии.

|

ПИЖ №3 (43) 2024 — И. В. Михайлов. ПОДТВЕРЖДЕНИЕ ВЕРСИИ КОНФИДЕНЦИАЛЬНОЙ ТЕЗАВРАЦИИ СОКРОВИЩ ИЕРУСАЛИМСКОГО ХРАМА В СОПОСТАВЛЕНИИ ТЕКСТА МИШНАЙОТ ИЗ «EMEQ HAMELEKH» И ТЕКСТА КУМРАНСКОГО МАНУСКРИПТА 3Q15

В статье сопоставлены тексты кумранского манускрипта 3Q15 и документа из введения к литературному произведению «Emeq HaMelekh» по методологическому принципу теза — антитеза и сделан вывод о наличии третьего документа — синтеза. В качестве документа синтеза предложен известный в литературе Серебряный свиток. Антитетическое рассмотрение текстов открывает новый регламент исследования документа 3Q15.

|

ПИЖ №3 (43) 2024 — Е. С. Кальченко. К ВОПРОСУ О ВРЕМЕНИ ПОЯВЛЕНИЯ КОПТСКИХ АПОКРИФОВ С ТЕМОЙ НЕБЕСНОГО ВОСХОЖДЕНИЯ И ОТКРЫТИЯ БОЖЕСТВЕННЫХ ТАЙН: ПРОБЛЕМЫ И НОВЫЕ НАБЛЮДЕНИЯ

В последние десятилетия наблюдается рост интереса к апокрифическим текстам на коптском языке, которые включают так называемые «псевдоапостольские воспоминания» — псевдоэпиграфические сочинения, повествующие об апостолах и приписываемые им. Среди них, в свою очередь, можно выделить группу текстов, где отразилась тема небесного восхождения и открытия божественных тайн: «Тайны Иоанна, апостола и святого девственника», «Введение в чин Архангела Михаила» и «Введение в чин Архангела Гавриила», Апокриф из Берлина и Страсбурга, «Об Иоанне Крестителе» и «О Воскресении». Все наиболее полные версии этих произведений дошли до настоящего времени в поздних списках IX-XI вв. (датировка фрагментов двух рукописей из Берлина и Страсбурга варьируется на основании данных палеографии и кодикологии: конец VII — начало VIII в. и V-VI вв. соответственно). Среди актуальных исследований по теме весьма заметное место занимает диссертация (и впоследствии монография) А. Сучиу ‘Apocryphon Berolinense / Argentoratense (Previously Known as the Gospel of the Savior)’. В ней автор подробно изучил один из текстов, Апокриф из Берлина и Страсбурга (Apocryphon Berolinense / Argentoratense), и предложил отнести его появление ко времени после Халкидонского собора 451 г. Выдвигаемая им гипотеза, согласно которой отсылку в тексте к «царственности» Спасителя и связанное с этим христологическое толкование Пс 71: 1 можно расценивать как указание на миафизитскую доктрину, нуждается в более детальном рассмотрении. В статье предлагается критический взгляд на доводы, приводимые А. Сучиу, и предпринимается попытка предложить новую точку зрения на проблему с учетом свидетельств и источников, освещающих определенные вехи истории раннего христианства.

|

ПИЖ №3 (43) 2024 — Е. З. Панченко. ПОРТРЕТ УЧЕНОГО В РАБОЧЕМ КАБИНЕТЕ: БИБЛИОТЕКА АКАДЕМИКА С. А. ЖЕБЕЛЕВА

Впервые описывается библиотека академика С. А. Жебелева, хранящаяся в отделе БАН при Санкт-Петербургском институте истории РАН. Состав книжного собрания, особенности его организации, оформления переплетов, владельческие маргиналии могут добавить несколько новых черт к портрету известного ученого-антиковеда. Наибольшую ценность в наше время представляют около 1200 книг с автографами русских и зарубежных историков, филологов, археологов, философов, искусствоведов, в том числе знаменитых современников С. А. Жебелева. Публикуется несколько наиболее выразительных дарственных надписей: В. В. Стасова, И. И. Толстого-младшего, Л. П. Карсавина и В. Ф. Штейн.

|

ПИЖ №3 (43) 2024 — С. В. Селиверстов. «ВСЕ ДОЛЖНО ПРИЙТИ, ЕСЛИ ЗАТРАЧЕН ТРУД И ЕСТЬ ЖЕЛАНИЕ И НАСТОЙЧИВОСТЬ “ИСКАТЬ И ПОЗНАВАТЬ”»: НИКОЛАЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ НОСОВ КАК НАСТАВНИК

Данный очерк имеет мемориальный характер и посвящен 100-летию Николая Евгеньевича Носова (1924-2024). В очерке раскрыт малоизвестный факт эпистолярного общения ученого-историка с провинциальным студентом из г. Караганда (Казахстан) в первой половине 1980-х гг. Этот частный случай показывает явление бескорыстного научного наставничества, характерное для российской академической культуры ХХ в. Источником для очерка послужили письма Н. Е. Носова, хранящиеся в рабочем архиве С. В. Селиверстова (г. Астана). Причиной обращения студента с письмом к ученому стал интерес к средневековой истории, в частности к внутренней политике (опричнине) в XVI в. Особенно студента интересовала точка зрения Н. Е. Носова о двух путях развития России — феодальном и раннебуржуазном. Ученый позитивно воспринял интерес студента к сложной и дискуссионной проблематике. Началась переписка. Письма Н. Е. Носова свидетельствуют, что он стремился осмыслить особенности исторического развития России в широком плане — через реалии, а не через схему и «социологическую прямолинейность». Ученый поддержал желание студента написать дипломную работу по дореволюционной историографии черного крестьянства, но предложил не увлекаться теоретизированием в области историографии и источниковедения. В конечном счете Н. Е. Носов рекомендовал продолжить учебу в аспирантуре. Скоропостижная смерть ученого прервала эпистолярные и человеческие отношения, но когда молодой историк издал монографию по результатам кандидатской диссертации, то посвятил ее памяти своего наставника — Николая Евгеньевича Носова.