И. Н. Стрекалов. Киноэпопея «Освобождение»: продолжение эпических послевоенных
традиций или новый этап в советском военном кино? // Петербургский исторический журнал. 2026. № 1. С. 107–118.

DOI: 10.51255/2311–603X_2026_1_107


Аннотация:

В статье рассматривается вопрос о значении и роли киноэпопеи «Освобождение» (режиссер-постановщик Юрий Озеров, 1970–1971) в развитии жанра советской киноэпопеи. На основе архивных документов Комитета по кинематографии при Совете Министров СССР, Союза работников кинематографии СССР и киностудии «Мосфильм» исследователь приходит к выводу о том, что советские кинематографисты поняли, что невозможно качественное возвращение к традициям позднесталинских киноэпопей («Третий удар», «Сталинградская битва», «Падение Берлина») при создании нового эпического фильма о Великой Отечественной войне, и сочли возможным сохранить только эпическую форму, созданную в этих фильмах. Фильм «Освобождение» стал самостоятельным этапом в развитии советского военно-патриотического кино.


Ключевые слова: киноэпопея, Великая Отечественная война, Сталин, культ личности, Юрий Озеров.

Автор:

Стрекалов, Илья Николаевич — к. и. н., докторант, Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова (Москва, Россия).

E-mail: strekalov4@gmail.com
ORCID: 0000-0002-0877-0435

    Похожие записи

    ПИЖ №2 (42) 2024 — Е. Л. Назарова. РОССИЙСКО-ЛИТОВСКАЯ И РОССИЙСКО-ЛАТВИЙСКАЯ ИСТОРИЧЕСКИЕ КОМИССИИ: ИСТОРИЯ ИЛИ ПОЛИТИКА

    В статье рассматривается история, причины и цели создания Российско-Литовской и Российско-Латвийской исторических комиссий, а также отношение к ним в России, странах Балтии и Польше. Желание историков Литвы и Латвии создать двусторонние комиссии с российскими учеными основывалось на стремлении найти документы, которые подтвердили бы правомерность принятых в этих государствах законов о советской «оккупации», в которой Литва и Латвия якобы находились с 1940 по 1991 г. Предполагалось найти подтверждение «оккупации» в российских архивах и убедить российских историков признать «оккупацию». Российско-Литовская комиссия историков была создана в 2006 г., Российско-Латвийская комиссия начала работать в 2011 г. На практике на заседаниях комиссий рассматривались вопросы, не связанные с «оккупацией». В изданных в рамках работы Рос-сийско-Литовской комиссии два тома документов о советско-литовских отношениях с 1939 по 1945 г. убедительных подтверждений «оккупации» не было найдено, а в случаях неоднозначного понимания некоторых документов российские и литовские члены комиссии написали свои комментарии, достигнув таким образом консенсуса. Хотя латвийские историки неоднократно повторяли, что не откажутся от темы «оккупации», совместный проект в Российско-Латвийской комиссии был связан с подготовкой сборника документов по межвоенному периоду. Работа обеих комиссий была окончательно прекращена по инициативе литовских и латвийских историков по политическим мотивам после начала СВО в 2022 г. Таким образом, работа историков в политических интересах Литвы и Латвии была остановлена из-за общей политической позиции Евросоюза в отношении событий на Украине.

    | |

    ПИЖ №3 (47) 2025 — А. Б. Асташов. ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ И БОРЬБА С НИМИ НА РУССКОМ ТЕАТРЕ

    Статья посвящена редкой теме — анализу хозяйственных преступлений на русском театре военных действий в годы Первой мировой войны. В отечественной историографии вопрос о злоупотреблениях чаще рассматривается с точки зрения классовой позиции или политизированного подхода к деятельности общественных организаций — Всероссийских союзов земств и городов. В данной работе, написанной на основе архивных материалов, акцент делается на выявлении экономических преступлений в условиях фронтовой повседневности, их видов, динамики, нарастания объемов хозяйственных потерь, влиянии на социально-политическую ситуацию в стране. Особенное внимание уделяется деятельности общественных организаций и отношении к ним власти и армии. Центральным сюжетом является борьба с экономическими преступлениями со стороны армии, особенно в Петроградском военном округе. Автор приходит к выводу о массе проблем в организации снабжения населения, выявлена противоречивость сосуществования двух начал войны нового типа: регулирования и свободного рынка. Война обнажила недостатки системы снабжения армии с помощью группы лиц (евреи), которым власти не доверяли, и в то же время не могли без них обойтись. Большой вред обороне наносили скрытые махинации, являвшиеся частью повседневности войны: спекуляция, массовая фабрикация документов на имущество. Несостоятельность ведения войны «за деньги» усугублялась отсутствием надежного контроля, действенной правовой базы, столкновением интересов военной и гражданской администрации, а также агентов вольного рынка. Такое сочетание противоречивых факторов вело к большим потерям ресурсов, страданиям миллионов граждан, ущербу для дела обороны, угрозе потери государственности. В этой ситуации спорадические, бессистемные попытки военных деятелей бороться с экономическими преступлениями путем обезвреживания отдельных преступников, даже самого высокого уровня, были обречены на неудачу.

    | |

    ПИЖ №3 (47) 2025 — Ван Пак. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЯПОНСКИХ ВОЕННЫХ АТТАШЕ В РОССИИ ВО ВРЕМЯ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

    В фокусе внимания автора — военные атташе японской армии в России во время Первой мировой войны, их действия по сбору и анализу информации, оценки военных возможностей русской армии, и их пребывания в России после Октябрьской революции 1917 г. Японская армия в августе 1914 г. направила военных атташе в союзные страны для сбора информации и изучения опыта войны. В Россию отправились столько же военных атташе, как и в Англию, единственную союзницу Японии. Россия принимала и дислоцировала японских офицеров во фронтовых командованиях, и даже специально разрешила прикомандировать их к Ставке. Кроме военных атташе в России находились японские корреспонденты и студенты. Но их количество было меньше, чем в Англии и Франции. Япония также отправила группу военных атташе в качестве инструкторов для подготовки расчетов горной и тяжелой артиллерии (японские орудия были направлены в Россию в начале 1915 г.). Это были единственные военные, направленные Японией для поддержки в ходе боевых действий. Японские военные атташе вначале высоко оценили отношение народа и русской армии к войне. Поражения России японские военные атташе объясняли низким уровнем народного образования, неспособностью офицерского состава, недостатком оружия, боеприпасов и состоянием железных дорог. Некоторые атташе ожидали улучшения положения после падения монархии в результате Февральской революции. Напротив, причину фактического развала русской армии в результате хаоса, вызванного Октябрьской революцией, они видели в расширении либерализма и социализма, неразумности солдата. Другие военные атташе обращали внимание на лучшую подготовку немецкой армии, настаивали на необходимости для Японии следовать ее примеру. После Октябрьской революции и сепаратного мира новой России с Германией японская армия пыталась оставить часть военных атташе для сбора информации. Все же в январе 1918 г. почти все они покинули Россию из-за углубления внутренних беспорядков и трудности связей с Японией. Среди эвакуированных по КВЖД в Харбин были те, кто там готовил другую «войну империи», т. е. интервенцию («Сибирский поход»).

    ПИЖ №3 (39) 2023 — Е. В. Воейков. РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ СНАБЖЕНИЯ ПРОМТОВАРАМИ РАБОЧИХ ЛЕСОЗАГОТОВОК 1930-Х ГГ.

    Лесозаготовки в 1930-е гг. имели особое значение, так как были связаны с оборонной промышленностью и преодолением топливного дефицита. В статье рассматривается важный аспект быта рабочих лесозаготовок. Продажа в торговых точках на местах работ дефицитных промтоваров в годы предвоенных пятилеток оказывала серьезное влияние на производственный процесс. В научной исторической литературе бытовая сфера рабочих лесозаготовок недостаточно изучена. Снабжение непродовольственными промтоварами населения в 1930-е гг. исследуется учеными в рамках истории повседневности, но без дифференциации по отраслям промышленности. Тема статьи рассмотрена на материалах лесозаготовок Среднего Поволжья в контексте общей ситуации по стране. Источниковой базой статьи стали фонды региональных архивохранилищ Пензенской, Самарской, Ульяновской областей и материалы периодической печати предвоенных пятилеток. В тресте «Средлес» существовала ведомственная система промтоварного снабжения, что позволило создать приемлемую инфраструктуру торговли для лесорубов. Во второй половине 1930-х гг. катастрофический дефицит промтоваров на лесозаготовках этого треста был в основном преодолен. Трест «Куйбышевлес» и Средне-Волжское управление лесоохраны своей ведомственной торговой системы не имели, что привело к нерегулярному снабжению промтоварами его лесозаготовок в годы второй и третьей пятилеток. Серьезной проблемой в 1930-е гг. стали злоупотребления работников торговли, из-за которых многие дефицитные товары не доходили до прилавка. Иногда на лесозаготовки завозились товары, не пользующиеся спросом. Проблемы снабжения лесозаготовок Средне-Волжского края и Куйбышевской области были типичны для многих регионов СССР.

    | |

    ПИЖ №3 (47) 2025 — Н. Н. Смирнов. НОВЫЙ СЮЖЕТ В ИСТОРИИ КУЛЬТУРЫ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ. РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ: ТОЛСТОЙ М. ПРОТЯЖНАЯ ПЕСНЯ. СПБ.: ЖУРНАЛ ЗВЕЗДА, 2025. 608 С. + ВКЛ. (72 С.)

    Рецензируемая книга является документальным расследованием биографии выдающегося деятеля отечественной и зарубежной культуры, хормейстера Василия Федоровича Кибальчича, ученика знаменитого композитора и хорового дирижера А. А. Архангельского, коллеги И. Ф. Стравинского и С. П. Дягилева. На основании изучения широкого круга архивных и опубликованных источников, периодической печати, дневников и воспоминаний современников автор прослеживает жизненный путь своего героя, родившегося и получившего образование в России, участника революционного движения, широко известного в Европе и США как пропагандист русской музыки, основатель и руководитель знаменитого Русского симфонического хора, прославившегося в Америке 1920–1930-х гг., заметной фигуры русского музыкального зарубежья.

    ПИЖ №1 (49) 2026 — Н. А. Жерлицына. Французско-османское соперничество в Магрибе с 1830 по 1848 г. по российским и турецким архивным материалам

    Статья посвящена исследованию становления французской колониальной политики по отношению к странам Магриба, а также анализу политики Османской империи по защите своих североафриканских провинций от европейских поползновений. В работе рассматривается целостный период июльской монархии во Франции, т. е. интервал с 1830 по 1848 г., что позволяет сделать выводы о целях, задачах и методах колониальной экспансии французских властей в Магрибе. Анализ политики Османской империи по отношению к своим магрибинским провинциям в изучаемый период показывает, что Высокая Порта не была равнодушна к событиям на своих западных окраинах и играла гораздо более активную роль, чем это считалось в историографии до сих пор, в попытках сопротивления европейским державам. Новизна исследования заключается также в выявлении методов, которые использовала каждая из империй, пытаясь привлечь страны Магриба в свою орбиту влияния. Франция и Османская империя прибегали как к насильственным методам, так и к политике мягкой силы, а также к провокациям и запугиванию. В статье исследована не только политика великих держав, но и позиция объекта этой политики — властей провинции Тунис. Анализ документов свидетельствует о стремлении к независимости Хусейнидской династии Туниса, попытке достичь ее, играя на противоречиях между великими державами. Автор приходит к заключению о том, что период 1830–1848 гг. подготовил почву в Магрибе для французской экспансии в последующие десятилетия.