XIX век

Главная страница » XIX век
|

ПИЖ № 2 (50) 2026 — Б. А. Никишин. ТРАНСФОРМАЦИЯ ФИЛОСОФИИ ВЛАСТИ В ПОЛИТИЧЕСКОМ МИРОВОЗЗРЕНИИ ПАВЛА I: ИСТОЧНИКИ ИССЛЕДОВАНИЯ И СОВРЕМЕННАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ (1994-2024)

Статья посвящена рассмотрению эволюции политических взглядов Павла Петровича на государственное устройство России в современной историографии (1994–2024) на основании изучения важнейших источников и выявления факторов, оказавших существенное влияние на формирование философии власти Павла I. Отмечается общая атмосфера эпохи Просвещения, тесное общение Павла Петровича с учителями, роль книжных собраний в библиотеках великого князя, сложные отношения с императрицей и ее фаворитами и отстранение наследника от участия в государственном управлении. Анализ записок великого князя Павла Петровича открывает новые горизонты для изучения вопросов, связанных с проблемой трансформации политической мысли в России на рубеже XVIII–XIX вв. К концу царствования Екатерины II заметнее стало проявляться отставание идеалов эпохи Просвещения от быстро меняющихся исторических реалий. Претерпевали изменения и взгляды Павла, которые прошли путь от конституционных идей Н. И. Панина — Д. И. Фонвизина до военно-полицейской системы управления с ее предельной централизацией и регламентацией.

|

ПИЖ № 2 (50) 2026 — А. В. Ашихмин. АДМИНИСТРАТИВНО-ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА ДОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ: ЭВОЛЮЦИЯ ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ

Административно-территориальные изменения как составная часть государственных реформ XVIII — первой половины XIX в. получили известное внимание в историографии за полтора века. Вместе с эволюцией историографических представлений о крупнейших преобразованиях в этой сфере (прежде всего о реформах Петра I и Екатерины II), менялись методологические подходы к рассмотрению территориальной структуры империи. В процессе историографической трансформации изучаемой проблематики можно выделить несколько фронтальных моделей — переход от историко-статистического метода (конец XVIII — первая половина XIX в.) к позитивистским исследованиям (позднеимперский период); некоторое забвение темы в советской историографии с последующим замещением прежних подходов историко-географическими штудиями; поздне- и постсоветская реанимация интереса к теме, как следствие, — появление новых качественных позитивистских исследований, а также трудов, апробирующих новейшие историографические подходы («новая имперская история», теория модернизации, регионалистика). Историческое осмысление роли административно-территориального деления в процессе государственных реформ в Российской империи — весьма перспективное направление исследований, что подтверждается не только наличием новейших трудов, но и функционированием профильных институций в обеих столицах и других крупных городах страны.

|

ПИЖ № 2 (50) 2026 — Д. А. Баринов. СТУДЕНЧЕСКИЕ ЗЕМЛЯЧЕСТВА РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ: ОТ НАЦИОНАЛЬНОГО К ПОЛИТИЧЕСКОМУ

Современная историография высшей школы убедительно демонстрирует, что национальные организации (в том числе землячества как их наиболее распространенная форма) были одними из самых представительных в студенческой среде рубежа XIX–XX вв. Автор статьи пытается проследить политизацию подобных объединений и их переход к революционной борьбе. Статья демонстрирует, что многие политические нейтральные (культурные или экономические) организации национального толка попадали в орбиту более крупных радикальных партий, которые часто вели борьбу за влияние над конкретным кружком. Другие объединения, постепенно набирая популярность, становились самостоятельной партией/движением, которое претендовало на общеимперский и региональный охват (Белорусская социалистическая громада, Революционная украинская партия, латышское «Новое течение» и др.). При этом сформировавшиеся движения, несмотря на демократические лозунги, отличались интеллигентским составом и зарождались вдали от проживания народа, чьи интересы они планировали отстаивать. Агитационная работа переносилась из крупных городов на периферию уже позднее. Созданию и политизации национальных организаций способствовала демократическая студенческая среда, которую царское правительство было бессильно поставить под контроль. Попадая в университет, молодой человек приобщался к общественной жизни и опосредованно — к формам политической борьбы, к чему подталкивал нелегальный статус даже неполитических сообществ.

|

ПИЖ № 2 (50) 2026 — Ф. А. Селезнев, М. В. Суровова. СТРОГАНОВЫ НА ВСЕРОССИЙСКОЙ ВЫСТАВКЕ 1896 Г.: АДАПТАЦИЯ ДВОРЯН-ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ К РЕАЛИЯМ ПОРЕФОРМЕННОЙ ЭКОНОМИКИ

В статье на материалах Всероссийской промышленной и художественной выставки 1896 г. исследуется адаптация к условиям капиталистической экономики дворян-предпринимателей Строгановых. Было выяснено, что Строгановы в пореформенный период провели качественную модернизацию металлургического производства и соляных промыслов. Материалы Выставки показывают гибкость экономической стратегии Строгановых. Они стремились к повышению конкурентоспособности своего производства. Это достигалось путем расширения ассортимента продукции, причем не только за счет прогрессивных заимствований, но и за счет собственной разработки нового оборудования,
приборов, технологий. У Строгановых на постоянной основе присутствовало социальное обеспечение действующих и бывших работников и их семей (через больницы, школы, выплаты на содержание престарелых и больных рабочих). В условиях отсутствия собственных источников каменного угля и нефти и сложности транспортировки покупного топлива С. А. Строганов сохранил в качестве основы топливной базы дрова. Но при этом он очень серьезно относился к сохранению и воспроизводству лесов как основного источника топлива. Переход к капиталистической экономике с характерной для нее конкуренцией увеличил роль рекламы. Об этом говорит их все более активное участие в выставочной деятельности. К концу XIX в. представители рода Строгановых демонстрировали высокий уровень адаптации к экономическим реалиям пореформенной эпохи. В целом же дворянская промышленность Урала продемонстрировала желание и способность приспособиться к капиталистической экономике.

ПИЖ №1 (49) 2026 — Л. А. Герд. ФРАНКО-РОССИЙСКОЕ СОПЕРНИЧЕСТВО В ВОСТОЧНОЙ ФРАКИИ (1856–1870-Е ГОДЫ)

Конец 1850-х и 1860-е гг. являются периодом наивысшего напряжения греко-болгарского противостояния в церковно-национальном вопросе. Борьба болгар против греческой иерархии использовалась дипломатией держав (России, Франции и Великобритании) для укрепления и расширения влияния на Балканах. Русские представители действовали в пользу поддержки православия, французские дипломаты и миссионеры, напротив, стремились обратить болгар в унию с Римом. В статье исследуются методы борьбы за болгарское население Адрианополя и Восточной Фракии, которыми пользовались светские и духовные представители конкурирующих держав, России и Франции, и результативность их действий. На основании донесений французских дипломатов делаются выводы о месте миссионерской работы в колонизаторской политике Франции третьей четверти XIX в.

ПИЖ №1 (49) 2026 — Н. А. Жерлицына. ФРАНЦУЗСКО-ОСМАНСКОЕ СОПЕРНИЧЕСТВО В МАГРИБЕ С 1830 ПО 1848 Г. ПО РОССИЙСКИМ И ТУРЕЦКИМ АРХИВНЫМ МАТЕРИАЛАМ

Статья посвящена исследованию становления французской колониальной политики по отношению к странам Магриба, а также анализу политики Османской империи по защите своих североафриканских провинций от европейских поползновений. В работе рассматривается целостный период июльской монархии во Франции, т. е. интервал с 1830 по 1848 г., что позволяет сделать выводы о целях, задачах и методах колониальной экспансии французских властей в Магрибе. Анализ политики Османской империи по отношению к своим магрибинским провинциям в изучаемый период показывает, что Высокая Порта не была равнодушна к событиям на своих западных окраинах и играла гораздо более активную роль, чем это считалось в историографии до сих пор, в попытках сопротивления европейским державам. Новизна исследования заключается также в выявлении методов, которые использовала каждая из империй, пытаясь привлечь страны Магриба в свою орбиту влияния. Франция и Османская империя прибегали как к насильственным методам, так и к политике мягкой силы, а также к провокациям и запугиванию. В статье исследована не только политика великих держав, но и позиция объекта этой политики — властей провинции Тунис. Анализ документов свидетельствует о стремлении к независимости Хусейнидской династии Туниса, попытке достичь ее, играя на противоречиях между великими державами. Автор приходит к заключению о том, что период 1830–1848 гг. подготовил почву в Магрибе для французской экспансии в последующие десятилетия.

ПИЖ №1 (49) 2026 — Г. В. Кривченков. ФОРМЫ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ ВО ВРЕМЯ РУССКО-ТУРЕЦКОЙ ВОЙНЫ 1877–1878 ГГ. (НА МАТЕРИАЛАХ СМОЛЕНСКОЙ ГУБЕРНИИ)

В статье речь идет об организации и проведении благотворительных мероприятий во время русско-турецкой войны 1877–1878 гг. в Смоленской губернии. Основное внимание уделено совместной работе губернского управления Красного Креста, органов городского самоуправления и поместного дворянства по открытию госпиталей на территории губернии. Дамы благородного сословия участвовали в организации благотворительных кружков при губернском управлении Красного Креста. Дамские кружки осуществляли каждодневный уход за больными, направленными Киевской эвакуационной комиссией в губернию на лечение. Материальную поддержку дамских кружков осуществляло поместное дворянство. Исследуется деятельность Русской православной церкви по сбору пожертвований для армии и флота, роль крестьянской общины в оказании материальной помощи воинам и их семьям. Священноначалие с целью сбора денежных средств установило кружечный сбор, который собирался с прихожан во время литургии, а приходское духовенство принимало от местных жителей гуманитарную помощь для армии. Смоленские крестьяне по причине бедности часто участвовали в благотворительных мероприятиях сбором продуктов питания и вещами, которые сами использовали в быту. Крестьяне жертвовали теплые вещи для перевозки в лечебные учреждения раненых солдат с железнодорожных станций в зимнее время. Решения о сборе пожертвований крестьянская община принимала на сельских сходах. Гуманитарная помощь смолян, по сообщениям уполномоченных Красного Креста и офицеров, была хорошего качества. Автор приходит к выводу, что массовое участие населения в годы войны в благотворительной деятельности связано с представлением о ее справедливом характере.

ПИЖ №1 (49) 2026 — А. А. Ефимов. НАЧАЛЬНЫЙ ЭТАП РАЗВИТИЯ ОБЩЕСТВЕННОГО ТРАНСПОРТА В ДВОРЦОВЫХ ГОРОДАХ: ДИЛИЖАНСЫ И ОМНИБУСЫ В 1830-Х — НАЧАЛЕ 1850-Х ГГ.

Статья обращается к одному из важных вопросов существования дворцовых городов в XIX в., освещая начальный этап развития общественного транспорта в этих населенных пунктах. Применительно к рассматриваемому периоду таковым автор признает дилижансы и омнибусы, принадлежавшие компаниям или частным предпринимателям. В статье отмечается, что до 1830-х гг. многоместные экипажи
действовали только для поездок между столицей, Санкт-Петербургом и ближайшими загородными резиденциями, Царским Селом и Петергофом. Основным игроком на этом поле являлось основанное в 1820 г. Общество первоначального заведения дилижансов, работавшее по обоим указанным направлениям. При этом у него имелись и локальные конкуренты. Открытие осенью 1837 г. Царскосельской железной дороги создало серьезную конкуренцию Обществу, но предприниматели оперативно отреагировали, открыв в 1838 г. взамен ставшего невыгодным маршрута из столицы сообщение между Гатчиной и Царским Селом. В последующие полтора десятилетия в сфере дилижансного сообщения появляются уже несколько новых предпринимателей, организовавших поездки как по уже упомянутым маршрутам Санкт-Петербург — Царское Село, Санкт-Петербург — Петергоф и Царское Село — Гатчина, так и между Царским Селом и Павловском, а также внутригородские перевозки, в Царском Селе к железнодорожному вокзалу, а в Петергофе — к пароходной пристани. Поступательное развитие к 1850-м гг. железнодорожного сообщения все более усложняло существование дилижансного сообщения. При этом чиновники, с одной стороны, ужесточали условия для предпринимателей, предписывая на линии Гатчина — Царское Село синхронизировать частоту прибытия и отправления экипажей с расписанием движения поездов, а с другой, старались на допустить полного разорения уже действовавших предпринимателей, ограничивая конкуренцию в условиях нестабильного пассажиропотока, не гарантировавшего значительный доход даже для единственного перевозчика.

ПИЖ №1 (49) 2026 — В. В. Календарова, А. А. Мещенина. АНГЛО-РУССКАЯ ВОЙНА 1807-1812 ГГ. И РОССИЙСКАЯ ОФИЦИАЛЬНАЯ ПРЕССА (ПО МАТЕРИАЛАМ «СЕВЕРНОЙ ПОЧТЫ, ИЛИ НОВОЙ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЙ ГАЗЕТЫ» 1809-1810 ГГ.)

Официальную внешнеполитическую линию России по отношению к Англии в конце 1809–1810 г. отчасти возможно проследить по публикациям газеты Министерства внутренних дел «Северная Почта, или Новая Санкт-Петербургская газета». В это время немногочисленные военные столкновения формально продолжающейся англо-русской войны 1807–1812 гг. были уже позади, однако Россия продолжала оставаться участницей континентальной блокады, введенной Наполеоном I Бонапартом для изоляции Великобритании, подрыва ее экономики и принуждения к капитуляции. Анализ публикаций газеты «Северная Почта» начиная с ноября 1809 г. (когда газета впервые вышла в свет) до конца 1810 г. позволяет сделать вывод о том, что горячая стадия англо-русского конфликта в это время сменилась очевидным информационным противостоянием. Противоборство между двумя империями нашло отражение в обвинениях английской стороны в подкупе европейских журналистов с целью разжигания войны на континенте, осуждающих и иронических публикациях в отношении английской дипломатии, описаниях военных неудач англичан.

|

ПИЖ №4 (48) 2025 — А. А. Чапаев. О НЕОЧЕВИДНЫХ ПОСЛЕДСТВИЯХ 1 МАРТА 1881 ГОДА: К ВОПРОСУ СОЗДАНИЯ ОБЩЕСТВА НОЧЛЕЖНЫХ ДОМОВ В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ И РОЛИ ДОКТОРА Н. Н. ДВОРЯШИНА

В статье рассматривается роль доктора Н. Н. Дворяшина в процессе регистрации Общества ночлежных домов в Санкт-Петербурге — одной из важнейших общественных организаций, появившихся в столице Российской империи в последней трети XIX в. Значимость этой институции для Санкт-Петербурга как для главного промышленного центра страны, с каждым годом привлекавшего все больше рабочей силы, сложно переоценить. Его попечители были заняты обеспечением крестьян-отходников доступным и приемлемым с санитарной точки зрения ночлегом, в отсутствие которого вчерашний работник рисковал заболеть, превратиться в бездомного или выбрать преступный путь и стать для города не помощником, а обузой и даже угрозой. Несмотря на это, воплощение замысла доктора Н. Н. Дворяшина заняло более 10 лет: впервые он коснулся темы помощи бездомным в 1869 г., но, чтобы дело сдвинулось с мертвой точки, событиям пришлось сложиться самым неожиданным образом — трагически по сути, но наиболее благоприятно для реализации давно увлекавшей его идеи. Н. Н. Дворяшину буквально пришлось оказаться у смертного одра императора и только после этого он смог приступить к регистрации своего благотворительного общества. В этой связи особого внимания заслуживает то, как влияло на этот процесс изменение восприятия его личности в зависимости от исторических обстоятельств, непосредственным участником которых ему суждено было стать.